отзыв о дистанционной магистратуре

Вячеслав Евгеньевич Тихонов, Санкт-Петербург, выпуск 2019 года

В магистратуре ИДО очень сильные богословские курсы: «Православная христология и антропология» о.Геннадия Егорова с его стремлением не писать учебников, а делать хрестоматии – сборники святоотеческих текстов, которые обсуждаются в курсе. Мало выбрать тексты, надо суметь найти к этим текстам такие вопросы, которые поднимают понимание на качественно новый уровень. Это самая сильная дисциплина на первом году обучения. На втором курсе эстафету перенимают «Актуальные проблемы православного богословия» Ивана Ивановича Улитчева: там серьезные темы и очень сильный преподаватель, он может любые вопросы глубоко раскрывать со знанием не только русского, но и мирового богословия, и со знанием философской подосновы. Мы доходили до интересных вещей.
Также были очень профессиональны курсы Татьяны Николаевны Резвых по античной и русской религиозной философии. Там очень интересные вебинары, когда преподаватель не декларирует свои взгляды, а предлагает для обсуждения вопросы настолько проблемные, что окончательного ответа на них в принципе нет. Связка античной философии и русской философии мне очень понравилась, поскольку у меня есть внутренний интерес к этой проблематике.
Это стержневые предметы, но мне показалось, что на первом курсе важен также курс по профессиональной деятельности преподавателя в современном вузе и педагогическая практика, которые ведет Татьяна Владимировна Меланина. Это не только очень интересные курсы, но они также добавляют к богословско-философскому направлению новую грань, которая с ним гармонирует и даже что-то дополняет. Из других дисциплин упомяну курс древнегреческого языка. Конечно, мы не до конца его освоили, потому что тема очень сложная, но оказалось, это очень полезный курс для моего исследования: тексты о.Павла Флоренского перегружены древнегреческой лингвистикой, он пишет так, будто читатель закончил классическую гимназию и прекрасно знает язык.

Еще когда я учился на программе «Теология», меня привлекла тема Церкви, особенно тема соотношения Церкви и мироздания, Церкви и космоса – в частности потому, что я изучал богословие В.Н.Лосского. А поскольку Лосский – в каком-то смысле родоначальник умеренного персонализма, изначально я выбрал для магистерской работы тему «Экклезиология персонализма», написал по ней вступительное эссе и даже начал подбирать литературу.
Но, на мое счастье, в первом семестре начался курс Николая Николаевича Павлюченкова «Религиозно-философская и богословская антропология священника Павла Флоренского». Этот курс мне очень понравился, и я понял, что моя первая тема – уж слишком глобальная.
Кроме того, благодаря преподавателю курса «Современный английский язык» Алексею Юрьевичу Алипичеву я понял, что переоценил свои способности легко читать богословские тексты на английском в оригинале. Поэтому я решил переключиться на русского автора и сузил тему до экклезиологии свящ. Павла Флоренского. Н.Н.Павлюченков посоветовал мне детально изучить малоизвестную работу отца Павла «Понятие Церкви в Священном Писании», эта работа мне понравилась и я сам попросил Николая Николаевича стать мои научным руководителем. Он тоже был заинтересован в развитии темы «Экклесиология священника Павла Флоренского», так как параллельно работал над изданием ранних богословских работ Флоренского, так что наши интересы совпали и он согласился.
На сайте ИДО написано о том, что святитель Феофан Затворник много общался с людьми в эпистолярном жанре, и может быть, в таком виде духовное руководство получалось даже лучше, чем в личном общении. Действительно, когда ты выражаешь свои мысли на бумаге или в электронном письме, ты можешь подумать, начинаешь формулировать что-то, то есть уже работа идет. Проблемы может вызвать только отсутствие у научного руководителя желания выходить на связь, а я в любой момент мог написать Николаю Николаевичу и он начинал обсуждать со мной любую проблему, высказывал тактично свое мнение и в то же время поддерживал творческую составляющую. То есть дело не в формате, а в том, насколько научный руководитель настроен на руководство, на общение.
Поскольку в общей сложности у меня шестилетний опыт дистанционного учебного общения, в финале дистанционная защита диплома – это было закономерно. Если очень хорошо видно и слышно, практически нет разницы между очным выступлением и вебинаром, а на защите техника работала идеально, я очень хорошо слышал выступающих.

Православное богословие и философия в современном дискурсе

Изначально у меня было представление, что если есть положительный отзыв и рецензия на диплом, сама защита – некоторая формальность, а оказалось, что это очень серьезный элемент процесса. Мне очень помогла предзащита – старшие коллеги выступили как команда критиков, я выписал пункты, которые мне надо срочно исправить, и за оставшееся до защиты время успел сделать презентацию и более динамичный доклад. Но начинать тренироваться лучше раньше. В конце первого года проходит «защита конспекта» – уже на ней надо работать в режиме будущей защиты диплома: делать маленькую презентацию, настраиваться на серьезный доклад, выходить на связь с камерой, как на защите. И такой же подход должен быть в конце второго года, когда защищается фрагмент выпускной работы. В нашем случае эти этапы проходили без особой критики и замечаний, но если бы мы делали презентации, может быть, нам сразу сказали бы, что что-то не очень понятно, плохо воспринимается.
Конечно, для работы над дипломом важно четкое осознание темы, цели, объекта. У меня есть объективные данные, что мое магистерское образование сработало. Когда на первом курсе надо было защищать конспект будущей выпускной работы, я открыл требования к ВКР и подумал: это какой-то непонятный текст, бюрократическая формальность. А когда, в конце второго года, мне надо было написать фрагмент ВКР и я снова открыл эти требования, то я удивился: все понятно, по пунктам разложено, что надо делать, просто сиди и пиши. То есть, в процессе обучения я по-другому стал видеть научный текст. Я бы советовал магистрантам не упускать из виду требования к ВКР.
Если хочется писать по работам иностранных авторов, нужно осознавать, что надо читать их в оригинале, то есть знать языки. Если это научно-исследовательская работа, надо следовать академическим установкам, работать с оригиналами текстов.
И, конечно, надо конкретизировать тему, как показывает практика. У меня изначально был план рассмотреть весь корпус сочинений Флоренского и найти темы про экклесиологию. А оказалось, что дай Бог разобраться с двумя работами – надо соизмерять размах темы со своими силами и возможностями.
И еще пожелание учащимся магистратуры: собраться силами, отставить в сторону страхи и принимать участие в конференциях – например, на конференциях ПСТГУ обстановка очень дружественная. Если у вас есть что сказать, а у вас должно быть что сказать, потому вы работаете над дипломом и явно какие-то исследования проведены, обязательно надо собраться, доехать до Москвы, а особенно тем, кто живет в Москве, зайти на конференцию, сделать доклад.