«Сложен не церковнославянский язык, а комплекс богословских знаний, переданный через тексты»

Преподаватель ИДО ПСТГУ О.В.Лаврова - о церковнославянском языкеИнтервью с преподавателем церковнославянского языка, администратором образовательных программ ИДО ПСТГУ Ольгой Владимировной Лавровой. 
Часть первая

 

Ольга Владимировна, Вы сами закончили филологический факультет ПСТГУ. Расскажите, как был выбран именно этот вуз и факультет?

— Мой выбор пал на ПСТГУ, потому что я была наслышана о традициях этого учреждения: на момент моего поступления моя сестра училась здесь на педагогическом факультете. У меня возникло желание получить высшее образование именно в православном вузе, среди близких по духу людей. К моменту окончания школы большого опыта общения в православной среде я еще не имела, тем более со сверстниками, и, конечно, было интересно узнать, как это – учиться в православном учебном заведении.

Преподавание – моя мечта с детства. Сначала я хотела работать с детьми в младших классах, но благодаря моей учительнице русского языка в 10-11 классе я по-новому взглянула на историю языка. Когда встал вопрос, какой факультет выбрать – педагогический или филологический, я предпочла отделение русской филологии. Про педагогический факультет мне уже многое было известно от сестры, а филологический был чем-то новым, да и хотелось узнать не только нормы современного языка, с которыми нас знакомили в школе, но и погрузиться в его прошлое.

Выбор преподаваемого предмета – церковнославянский язык – был обусловлен Вашим интересом к истории языка?

— Не могу сказать, что я полюбила церковнославянский язык с первого знакомства и мечтала преподавать именно его. Мы изучали его на первом курсе университета, и тогда я еще с трудом понимала богослужебные тексты на церковнославянском, поэтому особой любви не возникло. После окончания вуза в 2009 году я поступила в аспирантуру, и мой научный руководитель, заведующая кафедрой теории и истории языка, профессор, доктор филологических наук Маршева Лариса Ивановна предложила мне преподавать студентам очной формы обучения. В первый год я вела языковедческие дисциплины – введение в языкознание, основы филологии, культура речи… А через год в нагрузку добавился церковнославянский язык. Это было весьма неожиданно, но отказать было сложно. Все-таки интерес к истории сыграл свою роль: в рамках курса «Старославянский язык» мы изучали его историю, и я решила, что это поможет мне в преподавании данного предмета. За год я действительно по-другому взглянула на предмет и полюбила его настолько, что теперь не знаю, как сложилась бы моя жизнь, если бы я не стала его преподавать. Промыслом Божиим неизбежное стало любимым делом жизни. Другие дисциплины постепенно отошли на второй план, что позволило посвятить больше времени изучению церковнославянского языка.

Так вышло, что постепенно я переключилась на работу со взрослыми учащимися. Параллельно с преподаванием я стала работать административным сотрудником Факультета дополнительного образования ПСТГУ (Институт дистанционного образования тогда был отделением в составе этого факультета), и коллеги предложили мне преподавать язык учащимся дистанционных программ. Я решила попробовать, эксперимент понравился. Позже я стала преподавать для взрослых слушателей вечерней формы обучения ФДО.

Сейчас Вы преподаете церковнославянский дистанционно и в очном формате, в рамках большой программы профессиональной переподготовки «Теология» и в качестве отдельного курса повышения квалификации. Отличается ли подход к работе в разных форматах, с разной аудиторией?

— Нужно подчеркнуть, что цель для всех форм одна – донести красоту и глубину церковнославянского языка и помочь учащимся разобраться в его грамматике, чтобы лучше понимать читаемое. А подходы к учащимся очных и дистанционных программ, конечно, отличаются. Очно я общаюсь с людьми напрямую, вижу их глаза, замечаю и объясняю то, что непонятно. Именно так выглядит работа преподавателя в традиционном представлении. Дистанционно я тоже, конечно, общаюсь с людьми, но начинается общение с чтения их ответов на контрольные работы – то есть сначала я имею дело с файлами, разобранными по заданию текстами, а уже потом, проверяя их, включаю в диалог самого учащегося. Группе учащихся очной формы я объясняю материал, и тут же на примерах мы разбираем особенности различных грамматических форм. В дистанционном формате слушатели, которых я, кстати, считаю настоящими подвижниками, сами разбираются в предложенном учебном материале и на основании того, что они поняли, выполняют контрольные работы, а моя функция здесь скорее вспомогательная: я направляю, объясняю, комментирую, выделяю ошибки, указывающие, что какая-то часть материала упущена из виду. Периодически мы встречаемся в вебинарах и разбираем сложные моменты на конкретных примерах. От учащихся дистанционных программ требуется очень большая включенность: в течение срока от  шести недель до двух месяцев они погружены в язык, в работу с текстами. Для «очников», которые параллельно изучают несколько предметов и посвящают мне и церковнославянскому языку один вечер в неделю, а потом переключаются на что-то другое, все немного иначе, более ознакомительно и обзорно, зато здесь и сейчас. Наше преподавание в дистанционном формате сродни изучению иностранного языка методом погружения – учащиеся, не распыляясь, стараются погрузиться в язык, в его в грамматику и постичь его особенности. Но всё, конечно, зависит, от желания учащегося, если интерес к предмету есть – формат изучения языка не принципиален.

Кто чаще всего выбирает программу повышения квалификации «Церковнославянский язык»?

— Чаще всего на программу приходят люди, которые уже пытались изучить язык самостоятельно, но без сторонней помощи не всё получилось. На стадии знакомства я всегда прошу учащихся рассказать об их целях и о том, насколько язык им уже знаком. И многие говорят, что пытались изучить грамматику по учебнику, но теперь им нужна помощь, чтобы увидеть, в чем их ошибки. В основном язык учат для себя, хотя надо отметить, что в последнее время среди поступающих на программу встречаются практикующие преподаватели церковнославянского языка в воскресных школах или православных гимназиях, которые хотят разобраться в предмете не только в том объеме, который они сами дают ученикам на занятиях, но изучить грамматику на более серьезном уровне. Некоторые после курса решаются попробовать свои силы в качестве преподавателя воскресной школы, пишут, советуются по поводу заданий и прочего. Кто-то начинает с этого курса и потом приходит на другие программы нашего института, потому что понравился сам дистанционный формат обучения.

А в этом году после дистанционного курса повышения квалификации мы с некоторыми из успешно его окончивших встретились в очном формате на курсе «Чтение и перевод богослужебных текстов». Данный курс был организован по просьбе учащихся ФДО, которые не захотели расставаться после изучения грамматики языка и предложили продолжить оттачивать мастерство на практике в рамках нового курса, за что я им очень благодарна, потому что совместными усилиями вникать в смысл богослужебных текстов оказалось гораздо интереснее и продуктивнее. Как знать, может подобный курс со временем появится и в дистанционном формате, задумки на этот счет уже имеются.

В чем плюсы и минусы дистанционного преподавания церковнославянского? Все-таки традиционно изучение языка представляется нам как непосредственное взаимодействие с преподавателем?

— Церковнославянский язык никогда разговорным не был, поэтому в изучении его задействованы не все виды речевой деятельности: мы не учим диалогов, не отрабатываем произношение. Конечно, все, кто немного знаком с церковнославянским, знают, что есть правила и нормы чтения текстов на этом языке. Порой учиться к нам приходят чтецы, которые умеют читать тексты, знают ритм, но хотят разобраться именно с содержанием того, что они читают. Аудирование тоже не очень актуально для нашего курса, хотя в его рамках предлагаются некоторые тексты для прослушивания, но это не основной вид деятельности. Нам важнее изучить особенности использования букв, ведь в церковнославянском алфавите их больше, чем в русском, многие схожи по звучанию, а значит, и существуют особые правила их употребления. Конечно же, необходимо также разобраться с грамматикой, понять те особые формы, синтаксические конструкции, которые вошли в этот язык, в том числе через греческий язык, чтобы чтение текстов стало осмысленным.

Изучение курса в дистанционном формате связано с некоторыми техническими сложностями. Учащемуся нужно установить на своем компьютере комплект шрифтов, разобраться в соответствии раскладки клавиатуры буквам и знакам языка. Хочется добавить, что жителям нашей страны во все времена приходилось трудиться над постижением и изучением языка Церкви, ведь он никогда не был полностью схож с русским разговорным языком. И сейчас, в век высоких технологий, многие вопросы решить гораздо легче: мы можем поставить на компьютер шрифты, у нас есть электронные словари, виртуальная клавиатура. Так что с техническими сложностями справиться реально, было бы желание.

Курс церковнославянского языка достаточно короткий – всего два месяца. А сколько времени в идеале нужно изучать этот язык, чтобы владеть им свободно, и что мы понимаем в данном случае под «свободно»?

— На мой взгляд, критерий свободного владения церковнославянским языком – понимание богослужебных текстов через прочтение (на слух незнакомые тексты на церковнославянском все равно воспринять – нелегкая задача). Для свободного владения языком и всей жизни может быть мало, потому что вопрос не только в том, чтобы разобраться в основах грамматики, но и в том, чтобы через ее знание постичь глубину учения Церкви, переданную нам святыми составителями богослужебных текстов. Не сам язык сложен для понимания, а тот комплекс богословских знаний, который передается через тексты на церковнославянском языке. Я не могу о себе сказать, что для этой цели владею языком свободно: как бы хорошо я ни знала грамматику, встречаются порой тексты, в которых непросто разобраться.

Значит, преподавание церковнославянского языка не похоже на преподавание иностранных языков?

— Методика преподавания отчасти связана с методикой изучения иностранных языков, их грамматики, лексической системы – ведь и лексический состав церковнославянского порой отличается от лексики русского языка, значения некоторых слов существенно изменились в русском. Но изучение церковнославянского преследует иную цель, нежели изучение иностранных языков, – мы учим его не для общения, а для чтения и понимания богослужебных текстов, которые открывают нам глубину церковного вероучения. Через этот язык мы познаем учение Церкви и часто удивляемся той изящности, точности и многогранности образов, которые использовали гимнографы.

Во второй части интервью читайте о работе администратора образовательных программ ИДО.